Экспериментальная работа Гептахора

Материал из HEPTACHOR.

Экспериментальная работа Гептахора строится по трем направлениям: исканию новых движений, новых пространственных отношений и углублению музыкальной восприимчивости. Первая линия экспериментальной работы находит себе развитие в художественной работе над новым звуковым материалом. Не имея в процессе работы преднамеренности указанной целевой установки, работающий, воспринимая новые звуковые и ритмические формообразования в поисках адекватной пластической композиции, двигается в направлении приобретения новых движений. Несомненно, что расширение технического кругозора является в том помощником, и что общая музыкальная культура весьма ценное для этого условие. Обогащение зрительных и слуховых художественных впечатлений ведет к общему расширению кругозора, увеличивая и композиционные возможности. Коллективная пляска ставит здесь на разрешение задачу соотношения пластического объема и веса, которые должны спаять отдельные тела в одно коллективное, нераздельное движущееся целое. Под влиянием этого задания движение неизбежно выходит из линейной композиции и ищет новых пространственных соотношений. К последней задаче Гептахор подходит, строя целый ряд упражнений, преследующих цель развития особого, осязательного чутья пространства. Упражнения эти, начиная с развития простого глазомера, приводят в дальнейшем, путем тренировки, к навыку свободно ориентироваться во всяком пространстве. Работа эта ведется при участии художника К. В. Эндера. Под руководством того же художника ведется в студии Гептахора и работа по рисованию и музыкальному цвету. Предоставим слово самому художнику:

«Рисование в студии поставлено так, чтобы развить воспринимающий природу организм для расширения пространственного искусства пляски.

Работа по рисованию распадается на отделы:

1) Рисовальной техники и упражнения в цвето-формовой композиции.

2) Развития зрения по принципу расширенного смотрения. [Расширенное смотрение есть способ видеть предмет целым, не разрывая его аккомодирующим взором на части, видеть широкую предметность без ограничения угла зрения, что достигается увеличением поля активной сетчатки, выходом за предел желтого пятна, и привлечением к активности дополнительных центров мозга, известных современной физиологии.]

3) Развития взаимоотношений, по аналогии и контрасту, между пространственно-двигательным телом и пространственными восприятиями: а) отдельных органов и б) целого организма.

4) Развития чувства декоративности.

Рядом с рисованием в студии ведется специальная работа по цвету, отвечающему музыке. До сих пор цветовой элемент играл в пляске лишь подсобную, почти случайную роль. Между тем цвет, неизбежный в одежде и обстановке, может дать ответ на музыку, близкую ему по природе, наравне с преимущественно-формовым искусством пляски. Слившись, оба искусства могут наполнить музыкальное впечатление до возможности, небывалой при условиях раздельного существования. В студии поставлена работа по цветовой грамотности и выработке чутья к музыкально-организованному цвету на цветной одежде и цветном освещении».

Задача углубления музыкально-двигательной восприимчивости сосредотачивает внимание Гептахора на звуке по преимуществу, на окраске его, на тембре. Рояль, скрипка, орган, человеческий голос в пении, вызывают иное движение. Работа над музыкальным звуком логически приводит к такой же работе над звуком человеческой речи. Ритм последней, ее звуковой состав определенным образом окрашивают движение нашего тела: в этом смысле интересны опыты над звуковым составом иностранной, часто непонятной речи. Соединение движения с пением в одном и том же индивидууме — задача, к разрешению которой Гептахор подошел вплотную в своей настоящей работе. Достигнутые результаты открывают новые широкие возможности в области сценических искусств. Указанные выше направления не исчерпывают всей экспериментальной работы Гептахора. Как гибкий, живой инструмент, он отзывается на требования современной научно-художественной мысли, которые ведут его по пути разрешения все новых задач.