Музыкально-танцевальное действо "Поэма экстаза"

Материал из HEPTACHOR.

Танцуем Скрябина?

Кумир своего поколения, Александр Скрябин пользовался огромной популярностью и у исполнителей свободного танца начала ХХ века. Самому композитору это вовсе не претило. Как вспоминает его друг, музыкальный критик Л.Л. Сабанеев, Скрябин считал свою музыку потенциально хореографичной. Однажда он высказался о том, что обе его знаменитые поэмы – «Поэма экстаза» и «Прометей» – «могли бы быть канвою для некоторого символического театрального дейстивия пантомимически-балетного типа». Как пишет Сабанеев, обе поэмы, с их – по выражению Скрябина, – «толпами диких ужасов», «пробуждающими стремлениями», «полетами духа» и «тревожными ритмами», очень планомерно и естественно укладывались в некоторую хореографическую схему и даже сюжет – вплоть до самого заключительного, общего для обоих произведений «мирового пожара»:

– Тут есть определенные намеки на движения, на шествия, на танцы… Все это можно было бы реализовать в виде такого «действа» – только это очень трудная задача, и кто мог бы ее выполнить в действительности?

Воплотить скрябинский замысел дерзнули участники специального проекта фестиваля «Московское действо-2005». Премьера музыкально-танцевального действа «Поэма экстаза» в сопровождении Большого симфонического оркестра РФ (дир. – Михаил Аркадьев) состоялась на гала-концерте фестиваля 6 июля 2005 г.

То, что для гала-концерта был выбран Концертный зал имени П.И. Чайковского, - совсем не случайно. Это здание строилось для театра Всеволода Мейерхольда, и зрительный зал должен был походить на античный амфитеатр. На фестивале аутентичного искусства зрительный зал был реорганизован в соответствии с первоначальным замыслом Мейерхольда, который при его жизни остался невоплощенным. В соответствии с этой исторической реконструкцией партер превратился в арену амфитеатра, а зрители разместились над нею, чтобы почувствовать себя как на представлении античного театра. Так век спустя на фестивале «Московское действо» встретились свободный танец Айседоры Дункан, музыка Александра Скрябина и театральный замысел Всеволода Мейерхольда. Эти художники – каждый своим собственным путем – шли от гармонии античного театрального искусства к новым сценическим решениям и новой пластике мистериального театра будущего.

Из буклета фестиваля "Московское действо-2005"